Уважаемые читатели наверняка заметили, что в Правительстве Ярославской области очень любят всевозможные рейтинги (нередко федеральные), где наш край буквально «расписан под хохлому», но которые, при этом, крайне плохо соответствуют действительности. И чем выше место или лучше оценка в таких рейтингах, тем хуже обстоит дело в реальности. Скажем, попали мы в ТОП-5 по развитию пассажирского транспорта – а жители еженедельно пишут сотни жалоб по поводу его работы, при этом сами автобусы регулярно попадают в ДТП. Записали в десятку регионов по туристической привлекательности – а по данным Россстата гостей к нам приезжает в разы меньше, чем «рисуют» областные власти. Да и те, кто приезжают, сначала не могут добраться по заметённым дорогам, потом припарковаться на нечищеных платных парковках, а затем ещё и рискуют получить засыпанный снегом автомобиль прямо на гостиничной стоянке (как на днях в Рыбинске). Или, вот, весь прошлый год губернатор хвалил наш инвестиционный климат. В то время, как малый бизнес на волне налоговой реформы и существенной перестройки экономики уже буквально взывает о помощи. За прошлый год 83% предпринимателей отметили ухудшение положения, 51% перестали инвестировать в развитие своего дела, а 39% в принципе заявили о работе с убытком. Значительно сократилось число работников малого и среднего бизнеса. А сами предприниматели массово переходят в самозанятые. Эти и многие другие данные были публично озвучены на прошлой неделе в традиционном отчёте регионального бизнес-омбудсмена Альфира Бакирова за 2025 год. Конечно, кто-то может посчитать, что предпринимательство – это всегда риск, и спасение утопающих – дело рук самих утопающих. Однако в данной сфере трудится почти 150 тысяч наших жителей, от которых просто так не отмахнуться. А проблемы МСП только за прошлый год обернулись сотнями миллионов рублей недополученных налогов в бюджет. Что является уже системной проблемой для всей области, которую нужно решать. Притом вчера. Ибо на одних разговорах о якобы высоких рейтингах далеко не уедешь.
Понятно, что тучи на бизнес-горизонте Ярославской области начали сгущаться не сразу и под влиянием нескольких факторов, главными из которых стали изменения в налоговом законодательстве 2025-2026 годов и ухудшение общей экономической ситуации в стране. Напомним, что с 1 января прошлого года налоговое бремя значительно выросло (появление прогрессивной шкалы НДФЛ, увеличение ставки налога на прибыль с 20% до 25%, введение нового туристического налога, установление порога доходов для плательщиков УСН на уровне 60 миллионов рублей с последующим снижением до 20 миллионов в 2026 году, рост коэффициентов имущественных налогов и другие «новшества).
Как отметил в своём отчёте региональный Уполномоченный по защите прав предпринимателей Альфир Бакиров, внезапная и стремительная налоговая реформа ещё до своего старта повлияла на каждого участника делового сообщества. Как результат: 2025 год стал переломным для бизнеса. О чём свидетельствуют, в том числе, данные, полученные в ходе ежегодного опроса о предпринимательском климате в Ярославской области.
Так, отмечается однозначное ухудшение положения дел в бизнесе по сравнению с 2024 годом, на что указали 83% всех респондентов. Из них 39% заявили о работе с убытком в прошедшем году. В свою очередь, 51% от числа опрошенных сказали, что не распределяли прибыль на развитие бизнеса (то есть перестали инвестировать). В 2024 года данный показатель составлял 25,4%, то есть вдвое меньше. Наконец, почти втрое (11% против 30,5%) снизилось число деловых людей, направлявших на инвестиции 15 и более процентов от прибыли.
Теперь посмотрим количественные показатели. По состоянию на 1 января 2026 года в Ярославской области были зарегистрированы 52 534 субъекта малого и среднего предпринимательства (МПС): 17 856 микропредприятий, 1757 малых предприятий, 160 средних предприятий, а также более 32,5 тысячи индивидуальных предпринимателей. Таким образом, основную долю субъектов МСП на территории у нас составляют микроорганизации и предприниматели (50 374 или 95,9%).
Формально за год общее число субъектов малого и среднего бизнеса увеличилось (на 10 января 2025 было 50 881). Однако если посмотреть структуру МСП, то есть любопытные нюансы. Так, количество индивидуальных предпринимателей возросло на 2526 единиц. При этом, число юридических лиц снизилось на 873 (и такая тенденция сохраняется на протяжении последних лет). В итоге общее увеличение составило 1653 единицы (на 3,2% относительно показателя 2024 года).
Часть ИП потеряло свой статус (закрылись), но при этом перешли в разряд самозанятых. Только за 2025 год данный статус приобрели 1662 предпринимателя. Однако по сравнению с «классическими» ип-шниками, последние, по словам Бакирова, находятся «в серой зоне», поскольку не имеют как такового фонда оплаты труда и отсчитываются в пределах 2,4 миллиона рублей (лимит по единому налогу на профессиональный доход, который уплачивают самозанятые).
И действительно с самозанятыми - отдельная тема. Согласно данным реестра МСП, за 2025 год количество самозанятых граждан увеличилось на 34 718 человек и составило 125 833 субъектов. Просто невероятный рост за один год (+27,6%). Аналогичный количественный прирост среди всех субъектов ЦФО наблюдается только в Москве, Московской и Воронежской областях (которые несопоставимы с нашим регионом по количеству населения). Но вот что в этой связи интересно - уменьшилась среднесписочная численность работников МСП. За два года их количество снизилось со 170 981 до 143 187 человек (на 27794 чел.). То есть количество работников в малом и среднем бизнесе уменьшилось на 27,8 тыс. человек, а самозанятых увеличилось 34,4 человек. Мы ничего не хотим точно утверждать, но... Но может быть, реально новых самозанятых прибавилось только на 6,6 тыс. человек, а остальные - это бывшие работники ИП, которые по просьбе владельцев оформили на себя статус самозанятого? И все эти бурные процессы - всего лишь результат новой налоговой системы, которая не позволяет жить предсказуемо и нормально тем предприятиям, которые имели оборот более 60 млн. руб. по итогам 2025 г.? Очень похоже на то. Но не надо забывать, что госзатеи с возможной ликвидацией статуса самозанятых еще будут во второй половине 2026 г. Они уже начинались по инициативе Минэкономразвития РФ в октября 2025 г., но не прошли. Временно. Все будет зависеть от состояния бюджета. А он, как уже показывает практика первых двух месяцев 2026 г., начал давать первые сбои по сборам налогов...
По мнению Уполномоченного, все эти данные свидетельствуют о том, что федеральный проект «Малое и среднее предпринимательство и поддержка индивидуальной предпринимательской инициативы» Национального проекта «Эффективная и конкурентная экономика», направленный на обеспечение качественного роста субъектов малого и среднего предпринимательства (в частности, на их переход из одной категории в более высокую), в нашем регионе ещё не заработал. И по нашему мнению не заработает. Причина - слишком высокая налоговая нагрузка на малый бизнес, которая в 2027 г. должна стать еще выше. При такой нагрузке закрытие ИП и ООО, а также сокращение штатов просто неизбежно.
Огорчает и тот факт, что существующие в Ярославской области меры поддержки не оказали должного влияния на структуру и общее состояние бизнеса. В 2025 году теми или иными формами помощи смогли воспользоваться только 408 субъектов МСП, что составляет менее 0,8% от их общего количества на территории региона. По оценке экспертов, показатели 2025 года заметно ниже 2024. Притом, как по числу субъектов МСП, получивших меры поддержки, так и по финансовому обеспечению данных процессов.
Выиграла ли от всего этого казна? Ведь именно её пополнение, кажется, было главной целью на старте вышеуказанных реформ. Самое поразительное, что ответ на поставленный вопрос будет отрицательным. О снижении способности предпринимателей к уплате начисленных сумм налога наглядно свидетельствуют данные об исполнении областного бюджета по доходам за 2025 год. Так, если в 2024 году фактическое поступление по налогу на имущество составило 101,65 % от плана, то в 2025 – только 86,38% (получили недобор). Аналогичная ситуация вышла и со сборами от налогов на совокупный доход (в 2024 г. – 100,96%, в 2025 г. – 90,45%). Наконец, выполнение плана по налогу на прибыль за 2025 год составило лишь 87,02%, что также ниже показателей 2024 года (88,19%).
Если смотреть в абсолютных цифрах, то по первому пункту за 2025 год недобор составил более 1,3 миллиарда, по второму – порядка 1,1 миллиарда, по третьему – около 3,6 миллиарда. А если мы сравним совокупный фактический сбор по всем трём налогам, то в 2025 году он сократился по сравнению с 2024-м почти на 1,9 миллиарда. Вот такая невесёлая математика. Из всего вышеизложенного следуют отнюдь неутешительные выводы.
В 2025 году в Ярославской области не было принято практически ни одного нормативного правового акта, направленного на снижение налоговой нагрузки и создание преференций для субъектов МСП, осуществляющих деятельность в отдельных важных для региона отраслях. Исключением стал, разве что, областной Закон о введении автоматизированной системы налогообложения (в настоящее время на неё перешли 1695 налогоплательщиков). Однако он был принят только 15 декабря, и касался уже 2026 года. Несмотря на предложения делового сообщества, приоритетные отрасли в экономике региона так и не были определены. Как и меры их поддержки.
Ухудшение положения ярославского бизнеса ведет к возникновению рисков увеличения числа финансово несостоятельных предприятий (банкротов). Об этом свидетельствуют статистические данные налоговой службы: в процедуре банкротства по состоянию на 1 декабря 2025 года находится 1893 юридических лица и 157 индивидуальных предпринимателя. А взрывной рост количества самозанятых может свидетельствовать об активизации процесса дробления предприятий и массовом уходе предпринимателей «в тень» с целью снижения расходов на хозяйственную деятельность.
В свою очередь, в наступившем 2026 году налогоплательщиков ждут новые изменения, которые затрагивают практически все категории. В большей степени они коснутся субъектов малого и среднего предпринимательства, для которых основными системами налогообложения являются УСН (упрощенка) и ПСН (патент). Первую применяют 41 400 субъекта, вторую используют 12 250 человек. Для них существует риск утратить право на применение данного режима, если доходы по всем видам предпринимательской деятельности, в отношении которых применяется указанная система, превысят всё те же 20 миллионов.
Соответственно, для данной категории налогоплательщиков следует ожидать рост налоговой нагрузки. Кроме того, для большей части малого и среднего бизнеса региона фискальное давление возрастет за счет отмены льгот по страховым взносам. Не будем забывать и про повышение ставки НДС на 2% (для тех, кто был на общей системе налогообложения со ставкой 20%) и на 5% (для тех, кому пришлось перейти из разряда плательщиков УСН в размере 6% в разряд плательщиков УСН плюс НДС с объемом оборота более 60 млн. руб. по итогам 2025 г.), а также про рост минимального размера оплаты труда, который предприниматели обязаны учитывать при расчёте зарплат. В общем, как говорится, то ли ещё будет.
Впрочем, налоговая реформа – проблема хоть и основная, но далеко не единственная. Помимо неё предпринимателей волнует целый ряд других тем, на которые необходимо обратить внимание. Это неисполнение государственных и муниципальных контрактов со стороны заказчиков в части оплаты, сложности с технологическим подключением к электросетям, весогабаритный контроль грузовых транспортных средств, увеличение административных штрафов и многое другое. Рассмотрим основные из них поподробнее.
В 2025 году наблюдался значительный рост жалоб, поступающих от представителей бизнеса в связи неисполнением государственными и муниципальными заказчиками своих обязательств в части оплаты по контрактам. Всего поступило 30 таких обращений (годом ранее было всего 13). Основной причиной возникновения долгов перед деловыми людьми является заключение договоров, полностью не обеспеченных бюджетным финансированием. Кроме того, несвоевременная оплата контрактов вызвана неравномерным поступлением доходов в областной бюджет. Всё это привело к тому, что 93% предпринимателей отметили снижение мотивации к выполнению работ для государственных и муниципальных нужд.
При этом, по фактам нарушений сроков оплаты работ прокуратурой были внесены 9 представлений в адрес органов исполнительной власти, 20 представлений в адрес органов местного самоуправления, а также 1 представление в адрес вице-губернатора Ярославской области. В результате, удалось несколько снизить совокупный размер имеющейся задолженности перед субъектами МСП со стороны заказчиков.
Сумма средств, выплаченных предпринимателям, составила почти 30 миллионов рублей. Вместе с тем, это – капля в море. Ибо, по имеющимся сведениям, только за работы в рамках дорожной деятельности к началу текущего года исполнителям задолжали свыше 1 миллиарда рублей. А при февральском уточнении областного бюджета для погашения «кредиторки» было заложено почти 2 миллиарда рублей.
Описанная ситуация создаёт дополнительные финансовые трудности для бизнеса, уменьшая его способность к оперативному реагированию на рыночные изменения и инвестированию в развитие, подрывает доверие к органам власти. В условиях высокой волатильности финансовых рынков и ограниченности доступных кредитов, такие меры могут привести к снижению деловой активности, а также общему ухудшению инвестиционного климата и замедлению экономического роста региона.
Немало сложностей возникает и с организацией надлежащего энергоснабжения. Невероятно, но факт: в наш век высоких технологий значительное число потребителей из числа субъектов МСП сталкивается с задержками при подключении к сетям или при модернизации существующих мощностей. По информации прокуратуры Ярославской области, в 2025 году в ПАО «Россети» от представителей бизнес-сообщества поступило около 2000 заявок на выполнение работ по технологическому присоединению. 53 из них до сих пор находятся на рассмотрении. Кроме того, ПАО «Россети» с субъектами МСП заключены более 1300 договоров на осуществление технологического присоединения, из которых по состоянию на декабрь 2025 года не исполнены 470.
Факты нарушения ПАО «Россети» сроков рассмотрения заявок и исполнения договоров, выдачи технических условий, накладывающих дополнительные обязанности на хозяйствующие субъекты по возведению объектов электросетевого хозяйства, в 2025 году выявлялись прокуратурами Ленинского района Ярославля, Некоузского и Ярославского районов, Тутаевской, Ростовской и Переславской межрайонными прокуратурами. Руководству ПАО «Россети» внесены 14 представлений.
Основная причина сложившейся ситуации – отсутствие полномочий на местах. К примеру, согласование договоров на подключение к электросетям мощностью от 15 КВт проходит не на региональном уровне, а в головном подразделении организации в Москве. В связи с чем, давно назрел вопрос передачи на региональный уровень полномочий по согласованию всех договоров на технологическое присоединение энергопринимающих устройств до 150 киловатт. В своё время такой порядок уже действовал. И его возвращение явно способствовало бы снижению остроты проблемы.
Ещё одна серьёзная проблема – поистине драконовские штрафы. В последнее время неоднократно вносились изменения в областной Закон № 100-з «Об административных правонарушениях», направленные на повышение штрафных санкций и расширение перечня составов правонарушений. «Клуб социологов» не раз писал об этом, в том числе в статье «Всё выше, и выше, и выше» от 16 июля 2025 года.
Проанализировав указанные изменения и реальную практику, в аппарате регионального бизнес-омбудсмена пришли к неутешительным выводам. В частности, было указано, что увеличение размеров штрафов, предусмотренных «сотым» Законом, не учитывает характер и степень общественной опасности соответствующего правонарушения, а размеры санкций не обоснованы, и служат не столько средством предупреждения нарушений, сколько инструментом подавления экономической самостоятельности и инициативы.
При этом, увеличение размера административных штрафов не гарантирует достижения целей правового регулирования, но однозначно будет способствовать увеличению финансовой нагрузки на предпринимателей и отрицательно скажется на создании благоприятных условий ведения предпринимательской деятельности в Ярославской области. Кроме того, было отмечено ещё несколько заслуживающих внимания деталей.
Ряд штрафов по отдельным статьям, установленных в нашем регионе, значительно превышает размер санкций в других субъектах ЦФО. Кроме того, к административной ответственности почему-то чаще всего привлекаются именно представители бизнеса. Их доля составляет 82,6% - абсолютное большинство. В то же время, на долю привлекаемых к ответственности юрлиц, обладающих публичными полномочиями (главным образом – органов власти и местного самоуправления), приходится лишь 17,4%.
Между тем, давайте будем честны: порой те же ОМСУ нарушают те же правила благоустройства (не чистят улицы или не убирают граффити) не реже, а то и чаще, чем предприниматели. Очередной наглядный пример можно было лицезреть буквально в начале этой недели, допустим, на улице Нахимсона в Ярославле. У большинства частных организаций тротуары были вычищены от снега и льда. Зато у зданий КУМИ и департамента по социальной поддержке населения мэрии областного центра оказались практически полноценные сугробы. Аналогичную картину можно было наблюдать и на Депутатской улице (ближе к Андропова), где находится департамент социально-экономического развития городской администрации.
Примеры федеральных структур и вовсе стали притчей во языцех. Едва ли не худшее состояние тротуаров в центральной части города можно было наблюдать у здания Главпочтамта на Богоявленской площади или Кировского отдела МВД на Большой Октябрьской. Интересно, их инспекция административно-технического надзора вкупе с соответствующими комиссиями проверяет и штрафует так же часто, как предпринимателей? Рискнём предположить, что всё же нет.
Но почему мы видим подобную «избирательность»? И какую цель ставят штрафы в таких случаях – обеспечить порядок или тупо пополнить бюджет (ведь от тех же муниципалов казна сильно не разбогатеет – кубышка то, по сути, одна)? Увы, эти вопросы остаются риторическими. А проведенный анализ, повторимся, демонстрирует высокую долю субъектов МСП среди привлеченных к административной ответственности при одновременно недостаточном уровне привлечения органов власти и их должностных лиц за совершение аналогичных правонарушений.
Наконец, в 2025 году крайне актуальными стали объективные трудности предпринимателей в сфере перевозки грузов по автомобильным дорогам. На них обращали внимание многие известные представители бизнес-сообщества, в том числе председатель ЯРО «Опора России» Григорий Лугузинский и заместитель председателя комитета по экономической политике Ярославской областной Думы, экс-хоккеист Илья Горохов. В частности, проблемой всероссийского масштаба стала некорректная работа автоматических пунктов весового и габаритного контроля (АПВГК). По ней поступали многочисленные обращения предпринимателей, привлекаемых к административной ответственности за «перегруз».
Казалось бы – не нарушайте, и будет вам счастье. Но всё не так просто и однозначно. Во-первых, не все типы груза можно перевести по «чуть-чуть», на более лёгких машинах. Допустим, тот же бетон. Во-вторых, каждая дополнительная «ходка» неминуемо отражается на стоимости работ. И если в частных проектах это – головная боль исключительно предпринимателя, то в случае с исполнением работ по тому же госконтракту финансовые рамки строго ограничены, и выйти за них практически нельзя. А под бдительное «око» АПВГК, как это ни парадоксально, попадают и те, кто работает на государство. Скажем, ремонтирует дорогу или строит детский сад. Притом, штрафы колоссальные: 300 – 600 тысяч рублей.
Конечно, предприниматели выкручиваются, как могут. Например, оформляют автомобили на физические лица, с которыми потом заключают свои договоры. Но это, конечно, не те меры. Проблему нужно решать системно (тем более, что замечания порой касаются корректности работы самих постов и точности измерения). В качестве одного из предложений звучит освобождение от весогабаритного контроля транспортных средств, включенных в специальный региональный реестр и используемых для исполнения государственных контрактов в дорожной деятельности или иных мероприятиях с высоким экономическим эффектом для субъекта Российской Федерации (по примеру того, как сейчас поступают с мусоровозами). Но для этого требуются поправки в федеральное законодательство, инициировать которые областные власти то ли не могут, то ли не хотят.
Само собой, мы перечислили только основные проблемы предпринимательского сообщества. Однако в данный перечень можно добавить и правовое регулирование в сфере нестационарной торговли, и особенности маркировки товаров, и введение тех же платных парковок вкупе с обустройством пешеходных пространств, и новые требования законодательства по размещению рекламных вывесок на русском языке, и многое другое. Главное, что указанных трудностей куда больше, чем желания властей помочь бизнесу удержаться на плаву. В Правительстве Ярославской области могут сколь угодно долго говорить про «инвестиционную привлекательность» и «успешные кейсы» или проводить «панельные дискуссии» и «стратегические сессии», но на реальном «здоровье» МСП всё это отражается крайне слабо, если вообще отражается.
И ухудшение этого «здоровья» мы наблюдаем уже воочию. Достаточно посмотреть, сколько тех же заведений общепита (притом, абсолютно разного формата) закрылись только в центральной части Ярославля за последний год и первые два месяца года нынешнего: «Крапива», «Мамука» и «Куба Либре» на улице Кирова, две пиццерии «Академия» на Первомайской и Собинова (плюс третья – в Брагино), «Киш-миш» на Республиканской, «Свои да наши» на площади Юности, «Pobeda Bistro» на улице Победы и другие. Прекратил работу и целый ряд продовольственных магазинов: от крупных («Лотос», «Гастроном № 1») до небольших несетевых точек шаговой доступности (скажем, в Дзержинском районе или Дядькове). И этот список также можно продолжать, дополняя его другими направлениями от торговли до сферы услуг. И если ситуация не изменится – потребуются уже «реанимационные меры». Вот только смогут ли они вернуть «пациента» к жизни, и не будет ли поздно – вопрос. Так может, не стоит доводить до ручки? Ведь области так нужен благоприятный деловой климат, правда?
ВИКТОР ПАРФЁНОВ
