Item Item Item Item Item Item Item Item
О проекте Команда Звонковый центр Новости Контакты
gbEng

18.05.2020
Антропология
1061
АНДРЕЙ ПРУСОВ: «Роль государства не в том, чтобы перстом указывать»
Андрей Прусов - ученый и предприниматель. Как и вся страна его предприятие попало в сложную ситуацию. Однако он не унывает и делится секретами того, как можно и нужно жить в нашу пандемическую эпоху. И главное здесь вовсе не пандемия и ее последствия, а реальная роль государства. Оно должно не давить и "трясти" малый и средний бизнес, а помогать ему развиваться, придавая ему позитивную энергию созидания.
АНДРЕЙ ПРУСОВ: «Роль государства не в том, чтобы перстом указывать»

Триумфальное шествие коронавируса продолжается, но обсуждать хворобу уже поднадоело. Думающим людям интереснее последствия, самый популярный заголовок в интернете: «После пандемии мир не будет таким как прежде». Рискну предположить, какой из «прощальных подарков» госпожи Пандемии сильнее всего аукнется россиянам. Убытки малого и среднего бизнеса. Практически во всех успешных странах доля такого бизнеса в экономике колеблется от 50 до 80%, то есть экономика и «социалка» на нем стоят. В России этот показатель ниже 20%. Единственная страна (среди членов G20), во время пандемии оказавшую демонстративную, а не реальную материальную помощь малому бизнесу - РФ. Поэтому вот ни разу не удивляет, когда абсолютное большинство ярославских предпринимателей на просьбу дать прогноз, отвечают в стиле «Мы все умрем». В ступор вводит другое – кто-то еще жив! Есть в Ярославле даже не малое, а микропредприятие, со списочным составом работников, не превышающим 10 человек. Работает 16 лет. Не умерло. И вроде не собирается. Сама в шоке, но факт – упрямейшая вещь. Директор фирмы ПТМ («Подъемно-транспортные машины»), Андрей Прусов, поделился с «Клубом социологов» размышлениями о том, «что такое хорошо и что такое плохо». Можно соглашаться или нет, но, учитывая достигнутые ПТМ результаты, прислушаться, наверное, стоит.

 

О себе и о своей компании

- Андрей Юрьевич, расскажите о себе

Прусов.jpg- Родился в 1972 году, в Ярославле. Из рабочей семьи. Родители, не имея высшего образования, очень хотели нам с братом его дать. Они придавали большое значение постоянному месту работы, записям в трудовой книжке, и сумели убедить меня, что это важно. Поэтому я в первую очередь – специалист, и лишь вдобавок - предприниматель. Мое основное место работы – Ярославский государственный технический университет (ЯГТУ). Мне удалось развить бизнес, я этим пользуюсь сейчас, потому что я – специалист конкретного профиля. В 1994 году закончил университет, и остался на родной кафедре «Строительные и дорожные машины» (далее – СДМ). Поднялся по «ступеням карьерной лестницы» от ассистента до заведующего кафедрой, руководил ею с 2007 по 2017 год. Сейчас я просто доцент, преподаю. С руководства кафедрой ушел сознательно, потому что все должны уходить вовремя. Надо пробовать свои силы в новых местах, в иных ипостасях. Творчески подходить к жизни надо, ни в коем случае нельзя «бронзоветь».

- Аббревиатура «ПТМ» неспециалисту не скажет ничего. Чем занимается Ваша фирма?

- Два направления деятельности. Первое, и на сегодня основное - любые диагностические процедуры, и контроль технических параметров промышленного оборудования. Сегодня это чаще всего оценка соответствия лифтов требованиям безопасности.

- Узкая специализация?

текстильные стропы.jpg- Ни в коем случае! Наоборот, мы универсальны. Начинали с экспертизы промышленной безопасности, работали с кранами, это очень обширная и разнообразная группа машин. И сейчас стараемся браться за проверку опасных производственных объектов - электроизмерение, грузоподъемные механизмы. Хотя можем работать с чем угодно. Например, мы все ходим в театр, но часто ли кто-то задумывается о том, как висят колонки, осветительные приборы? Насколько надежно закреплен занавес? На первый взгляд, постановка вопроса странная, но представьте занавес или колонку, падающие во время спектакля!

Время от времени СМИ поднимают вопросы, связанные с состоянием аттракционов. Недавно в Ярославской области дети получили травмы на игровых площадках. Я подчеркиваю, любое оборудование, вплоть до «шведской стенки» в яслях, должно подвергаться периодическому техническому контролю. Кто-то должен его исследовать, апробировать, оформлять протоколы, и брать на себя ответственность. Принятый еще в 2002 году закон «О техническом регулировании» поставил во главу угла одно требование – безопасность. Безопасность любого оборудования, вплоть до петли качелей. Об этом многие сейчас забывают. Если на обследование лифтов мы выезжаем часто, практически по всем областям ЦФО, то обращения к нам по тем же театрам или аттракционам – единичные.

- Фактически, Вы претендуете на понимание критериев безопасности любого устройства? Какое образование у работников «ПТМ»?

- Высшее, выпускники нашей кафедры СДМ ЯГТУ. Один с дипломом РГАТУ. Это вполне достаточный уровень. Для наших ребят важнее не энциклопедический объем накопленной информации, не знание сотен параметров, а креативный, творческий подход. Специфика нашей работы заключается в том, что нас могут вызвать на обследование любого оборудования. И зачастую такого, для которого отсутствует какое-либо описание методов контроля. Никто не знает, как его проверять. Наша задача - разработать метод проверки, обязательно согласовать его с заказчиком, а потом уже реализовать. Разумеется, результат работы может быть только один – оптимальная и абсолютно надежная методика, ведь речь идет о безопасности, права на ошибку у нас нет. Поэтому мы не только разрабатываем методики, но и популяризируем их, распространяем наш опыт на других предприятиях и в профессиональных сообществах. Участвуем в работе Ярославской Торгово-промышленной палаты, на выставки ездим каждый год. Трудами наших сотрудников выпущена книга «Безопасность лифтов». Денег на этом издании мы не заработали, но профессиональный рост – налицо, авторитет наших молодых специалистов существенно повысился.

Конечно, выполнять такую работу, даже с очень умной головой, голыми руками нельзя. У нас закуплено на миллион рублей электронных, суперсовременных приборов. Для фирмы с оборотом всего-то около 10 миллионов в год, это серьезное вложение в основные фонды. Приборы постоянно в работе. Ежегодно или ежеквартально, в зависимости от необходимой периодичности поверки, мы их сдаем в Центр стандартизации и метрологии. Все документы, подтверждающие нашу дееспособность, есть.

- Не испытываете ли Вы финансовых трудностей, например, при оплате труда работников?

- Нет. Мы оказываем услуги с относительно высокой добавленной стоимостью. Это обусловлено тем, что услуги интеллектуальные и почти эксклюзивны. Если торговать спичками или туалетной бумагой, то, конечно, конкуренция может и зашкаливать, а таких как мы надо еще поискать, в Ярославле всего две таких организации. Нам рынка хватает, тем более что работаем по всему ЦФО. Во время карантина, офисные сотрудники на «удаленке» получили в районе 20 тыс. рублей, а инженеры - 50-60 тысяч. Недавний рекорд, которым мы гордимся, - заработная плата у одного сотрудника 110 тысяч, официально, «белых» денег, других у нас нет.

- А второе направление деятельности «ПТМ»?

грузозахват2.png- Конструирование, эскизное проектирование и последующее изготовление специальных устройств, предназначенных для строповки грузов. То есть создание грузозахватных приспособлений. Этим я занимаюсь сам, сижу за компьютером, конструирую, думаю, работаю. В понимании обывателя, стропы бывают, в лучшем случае, канатные, и валяются где-то в пыли на стройке, грязные или замасленные. Ответственные производственники и строители знают – это картинка прошлого века. Сегодня современные грузозахватные приспособления - высокотехнологичное оборудование, с помощью которого можно совмещать операции, и добиваться наибольшей производительности, например, одновременно поднимать и кантовать груз. Когда клиент задает нам вопросы, связанные с перемещением груза, мы выезжаем на объект, отслеживаем всю технологическую цепочку, вникаем в ее суть. И стараемся предложить оптимальное, чаще всего – нестандартное решение.

 

О заказчиках, прибыли, недобросовестной конкуренции и реальной клиентоориентированности

- Кто покупает сконструированные вами устройства? Кто Ваши клиенты?

стенд.jpg- Давайте уточним термины. Мы - не торговая организация, спроектированные нами устройства в магазинах не увидите. Мы производители и разработчики, работаем на заказ. У нас есть стандартная продукция, которой можно торговать, но мы не стремимся делать ее дешевой. В технических супермаркетах мы «не проходим» по цене, другие производители демпингуют. И мы могли бы, но тогда наш заработок был бы минимальным, а я считаю, что работать ради работы нельзя. Неправильно это. Высокая цена на нашу продукцию обусловлена высоким качеством. Было время, мы вручали клиентам буксировочные тросы или стропы, и говорили: «Подарим вам это, если поедете в лес, сумеете порвать, и отдадите нам фотоотчет об этом». Мы провели огромный объем исследовательской работы. В ЯГТУ на кафедре СДМ создали вертикальный стенд для испытаний грузозахватных приспособлений. Это – серьезное преимущество. Когда я задаю коллегам-конкурентам вопрос: «Где вы это испытываете?», чаще всего собеседник либо прерывает общение, либо переводит разговор на другую тему.

К сожалению, подбирая материалы для разработок, я увидел катастрофическую ситуацию с многообразием сертификатов качества, не подтвержденных протоколами испытаний. Вот так и рождается демпинг. Чудес не бывает. Цена может снизиться только если организация-производитель не выполняет какую-то часть работ. Например, не тратит время на испытания, не пользуется дорогостоящим стендом и регистрирующей аппаратурой. Продает продукцию, и ее покупают - она же дешевле. А моя дорогая продукция не продается. Обидно бывает… однако, меня это не расстраивает. Я определил собственный сегмент рынка, нашел своего клиента.

У нас есть постоянные заказчики и «ПТМ» уже долгое время занимается разработкой грузозахватных приспособлений для двух предприятий машиностроительного профиля с иностранным капиталом, работающих в Ярославской области. На этих предприятиях рады меня видеть. Мы обсуждаем каждую детальку, каждую мелочь. Вопрос о цене уходит на второй план. Я чувствую единение с этими производственниками, потому что вижу, что они работают не для «галочки», а на реальный результат, и готовы за него честно платить. Сначала они ставят задачу. Я формулирую эскизные решения. У конструкторов так заведено – до разработки деталей вы должны выдать концепцию. И мы ее создаем методом 3D-конструирования моделей. Специально купили систему автоматизированного проектирования КОМПАС-3D. Для малого бизнеса это дорогое удовольствие, но другого пути нет. Сегодня работать на «пиратском» программном обеспечении – значит рано или поздно вылететь с рынка, безвозвратно испортив репутацию. У нас всё ПО лицензионное.

- Вы вообще не работаете с широким потребителем?

- Почему, работаем, из любого правила есть исключения, немного торгуем. Мы зарегистрировали торговую марку «Тяни-Толкай», под которой реализуем буксировочные тросы и стяжные ремни для автомобилистов. Вот этот вид нашей продукции можно увидеть в обычных магазинах. Нас многие знают по этому бренду. Мы этим гордимся. И швейные машины не простаивают в ожидании новых разработок.

- Вы утверждаете, что предпочитаете опасные и сложные производственные объекты, и, тем не менее, основная доля Ваших заказов – проверка не подъемных кранов, а мирных лифтов. Почему?

лифт.jpg- Начинали мы как раз с кранов. Но на законодательном уровне произошли изменения, и мы, отказавшись от лицензии по кранам, быстро переориентировались. Но, называя лифты «мирными», вы немножко ошибаетесь, работать с ними хлопотно. Ответственность за них несёт владелец, который чаще всего специалистом не является. Это право нам делегировало государство, конкретно - Федеральная Служба Аккредитации. Каждые два года мы проходим подтверждение компетенции. Приезжает комиссия, тотально проверяет документы об образовании, дислокацию, каждую единицу оборудования (не взято ли в аренду, есть ли поверка?). Потом вместе с нами выезжают на объект, и осуществляют процедуру контрольной проверки. То есть мы проводим все измерения и составляем протоколы, а они наблюдают и галочки ставят. Расслабиться не дают, но сегмент рынка того стоит. Мы уверенно чувствуем себя, заказы есть по всему ЦФО. Стараемся не отказываться, поскольку клиентоориентированы - клиент для нас всегда прав.

- В 2018 году Вы получили звание «Инженер года». За что?

- Ой, это слишком много надо рассказывать! По сути и коротко – за мою профессиональную деятельность в области подъемно-транспортного направления, преподавание, разработки. Наше профессиональное сообщество РОСПТО предложило поучаствовать в этом конкурсе, я согласился.

 

О рисках, собственной нерасторопности и подушках безопасности

- И вот он, вопрос всех вопросов! У «ПТМ» все так хорошо… А коронавирус? Пандемия не создала проблем? У многих эти проблемы несовместимы с сохранением бизнеса…

- Конечно, создала, и серьезные. Весь апрель затруднен доступ в соседние регионы. Нас не то чтобы не пускают, просто, зная, как развивается ситуация, мы сами не едем. Изоляция, или, не дай Бог, обсервация… Не рискуем, теряем доходы. Но в целом мы, как бы странно это не прозвучало, были готовы к пандемии. Не именно к ней, а просто к любому форс-мажору. У нас есть программы дистанционного доступа, мы заранее их внедрили и не испытали проблем с коммуникациями. Я с сотрудниками на связи 24/7.

- Почему же предприниматели жалуются, что реальна угроза массового закрытия субъектов малого бизнеса?

авто1.png- Любой, кто начал заниматься бизнесом, должен предполагать, что может упасть. Бизнес - это «сегодня - густо, а завтра – пусто». Нужно осознавать степень постоянного риска и быть морально готовым к любым потрясениям. Если вы хотите зарабатывать стабильно, но не очень много - идите на завод, в Сбербанк, в Газпром. Будете сидеть в офисе от звонка до звонка, жизнь потечет ровно. Если же вам нужно от жизни что-то большее – давайте двигаться и развиваться. Будут взлеты и падения, но пока мы в динамике, у нас шансов выиграть гораздо больше, чем проиграть. Проиграть, как это случится с теми, кто до пандемии не создал «финансовой подушки». Я её создал несколько лет назад. Осознал, что мой бизнес «короткий», рано или поздно могу остаться без заказов и денег. Финансисты говорили, что глупо «замораживать» средства, но я не послушал и создал фонд НЗ. В результате сформированной «подушки» три месяца могу платить зарплату без единого заказа, и вполне вероятно, что из-за этого не только не остановлю, но даже и не сильно заторможу бизнес. Многие предприниматели не подумали: «А вдруг?», и «Вдруг» пришел. Не в пандемии дело, так было, и так всегда будет. Кроме того, многие поддались растерянности, и ведут себя не вполне предприимчиво. Потому и рискуют погибнуть. Прошла по Сети информация – нет масок, маски нужны, дефицит. А в нашем здании несколько швейных мастерских, все послушно встали, и не работали. Зачем, почему? Этот малый бизнес мог бы обшить как минимум себя, а как максимум наш микрорайон этими масками. Мы реагируем иначе. Основных заказов стало меньше, появилось свободное время, ищем новые рынки и тестируем свои возможности. Например, мой сын занимается греблей. Там чехлы для весел португальские, дорогие. А в исполнении - ничего особо сложного. Наш мастер разработал образец не хуже! Как только Москву откроют, повезем предлагать и будем продавать. В общем, я пока не вижу трагедии. Вижу поиск новых задач и анализ своих возможностей.

 

Об истоках… мудрости

- Кстати, о задачах. Как Вам вообще пришло в голову организовать такой, отчасти экзотический, бизнес, как «ПТМ»?

- Жизнь заставила. В 1998 году, сами помните, дефолт, кризис, у нас родился второй ребенок. Катастрофическое отсутствие денег. Из университета уходить не хотелось. К большому моему счастью, на тот момент у нас были такие мудрые руководители, как Сергей Васильевич Разумов (зав. кафедрой СДМ ЯГТУ) и Евгений Константинович Чабуткин (доцент кафедры), мой научный руководитель по защите кандидатской диссертации. Их заслуга в том, что они просто позволили мне на стороне создать свой бизнес и двигаться вперёд параллельно с основной работой. Есть авторитарные руководители, которые не дают развиваться активным молодым людям. Мы это видим на многих современных предприятиях, и на разных уровнях управления. Но, мне кажется, что задача руководителя не в том, чтобы заставлять работника в рамках рабочего времени сидеть на рабочем месте. А наоборот – стимулировать к самостоятельному активному поиску и развитию. В любом направлении. Такой поддержки хватило, и мне удалось наладить бизнес, освоить методы управления, которые пока работают.

До ПТМ были и другие организации, созданные с моим участием, но в 2003 году я начал искать новые варианты заработка. Ходил к знакомым, друзьям, к выпускникам. Советовался. И сообща в русле нашей деятельности, обнаружил нужную нишу. Создал организацию, а дальше - дело техники. Почти любой вменяемый человек в состоянии позвонить, поднять нормативные документы, разобраться, составить заявочный комплект. Начали работать под лицензией на экспертизу промышленной безопасности, получили ее в Гостехнадзоре. Специализировались на грузоподъемных кранах. В Ярославле были организации подобной специализации, было у кого «подсмотреть».

Ради укрепления устойчивости бизнеса научился производить продукцию, хотя этому нас в университетах не учили. А конструировать начал значительно позже.

- То есть, ничего принципиально нового не придумали?

- В наше время сложно что-либо придумать. Я долго читал на кафедре лекции по истории техники. И в процессе подготовки, во время чтения литературы по теме, произошел переворот в моем сознании. У историков есть теория диффузионизма, ее еще называют «теорией культурных кругов». Сторонники этой теории считают, что любое фундаментальное открытие случается один раз и в одном месте. А потом оно начинает путешествовать по земному шару, расширяясь, подобно кругам на воде. Адепты этой теории считают (и я с ними согласен) что для того, чтобы быть лидером сегодня, не надо изобретать велосипед или порох. Надо просто следить за лидерами рынка, пытаться повторять то, что они делают, и улучшать это, начиная с их базового уровня. Я так и сделал. Посмотрел на аналогичные предприятия, и немного улучшил.

- Теория диффузионизма касается не только техники, но и экономики, и политики? Посмотрите на США и делайте как они, пытаясь улучшить?

- Да. Японцы так и делают, а их успехи в комментариях не нуждаются. Лично я многому у них научился.

 

О зарегулированности как тормозе развития

- Да, как говорится, «умному - достаточно». А с какой, самой неприятной, проблемой Вы столкнулись?

зарегул-ть2.jpg- Ситуация меняется к худшему в части зарегулированности некоторых процедур. В 2005 году была введена аттестация экспертов, которые имеют право работать в данной области. Ее нужно проходить в аккредитованных центрах, как правило, расположенных в Москве. Стоимость аттестации постепенно повышалась, и поднялась до 200-300 тысяч на одного человека. Это привело к тому, что многие организации подобные моей, пришли к выводу о неэффективности данного направления бизнеса. У нас не хватает денег, чтобы аттестовать нужное количество экспертов. Между тем, есть государственные механизмы высшего образования, призванные гарантировать и подтверждать нашу состоятельность - диплом ВУЗа, госкомиссия в которую входит 50% производственников, стажировка на предприятиях, государственные стандарты, которые ВУЗ реализует. Несмотря на все эти документы, мы вынуждены ездить и получать какие-то дополнительные удостоверения, якобы подтверждающие нашу компетентность. Ситуация усугубляется и в настоящее время, введена процедура обязательных профстандартов. Она также предписывает аттестовывать специалистов, сейчас это по 50 тысяч за человека. Это дискредитирует дипломы государственных ВУЗов, и серьезно «бьет по карману» предприятия. Эта абсолютно ненужная процедура, но возведенная в ранг Федерального закона, не выполнить которую я не могу, на сегодня является самой болезненной проблемой для моего бизнеса, и не только. Мы работаем с лифтами, в основном это - система ЖКХ. Цена возрастает и бремя расходов неизбежно будет переложено на плечи владельцев.

- У Вас есть планы развития?

- Есть, но не всегда удачные. Ошибки имеют место быть. Мы сделали аккредитацию на эскалаторы, но тут вышло постановление правительства, что эскалаторы передаются в ведение Ростехнадзора. Один план развития стал невыполнимым. Ищем другие точки приложения сил. Театры, дома культуры. Уже отправили предложение на проверку подъемников автосервисов.

- За 16 лет работы ваша фирма пережила два экономических кризиса – в 2008 и 2014 годах, опыт есть. Сегодняшнюю ситуацию Вы ощущаете, как кризис, или нет?

- Как предприниматель – да, это кризис. Я очень критично отношусь к экономической ситуации, в которой мы находимся. Прежде всего это касается невысокого уровня жизни наших сограждан. Минимальные объемы потребления, закредитованность, а по сути – бедность.

- И что бы Вы изменили, если бы имели возможность?

- Я считаю, что надо дать возможность активно развиваться малому бизнесу. Всячески помогать, способствовать его взрослению. Больших предприятий становится меньше, а малые не имеют значительного веса и валового оборота.

- Как именно дать возможность?

- На текущий момент главная проблема - зарегулированность. От нее надо избавиться.

- А налоги – не проблема?

- Налоги мы заплатим, просто надо планировать это. Почему многие хватаются за голову, и не могут заплатить НДС в конце отчетного периода? Я сам через это прошёл, мы его копили…, а потом пытались найти огромные суммы на выплаты. Сейчас мы НДС платим авансом ежемесячно. Да, получается плюс-минус 10%, но потом итогом корректируем. Зато нет никаких неожиданностей, огромных сумм и проблем с налоговой.

 

Как личности делают технологические прорывы

- Вам не кажется, что растущая зарегулированность экономики напоминает пошаговое возвращение во времена Госплана? Назад в СССР?

- Ваши параллели правильные. Я – не ярый антисоветчик, в юности был активным комсомольцем, и, если бы не рухнул Советский Союз, меня, вероятно ждала бы партийная карьера. Но сегодня мне сложно однозначно ответить -«к сожалению» или «к счастью» распался СССР. Однако в практической плоскости моя позиция более четко определена – излишняя зарегулированность негативно сказывается на бизнесе. За нас не надо думать, как нам развивать бизнес. Нам не надо советовать. Нас не надо стремиться «осчастливить». Я, со своим заказчиком и за его деньги, сам договорюсь, и без помощи «сверху» сделаю ту продукцию, которую он хочет. Просто дайте возможность спокойно это сделать. И дайте людям возможность развиваться и постоянно совершенствоваться. Почему наши гениальные соотечественники, создавшие прорывные технологии – Игорь Сикорский, Владимир Зворыкин и другие изобретатели, уезжали и реализовывались в другой стране? Вместо поиска причин и объяснений мне некоторые говорят – «а там тоже плохо»! Пусть «там» будет как угодно, я не о другой стране говорю, а о нашей. Я говорю о нас с вами. Давайте анализировать причины отъезда блестящих умов и организаторов. Давайте просто задумаемся, почему уезжают наши спецы?

- Мало платят?

- Нет. Если ты создаешь бизнес, ты сам себе платишь. Но у тебя должно хватить моральных и физических сил его создать, а потом вести и удерживать. Ты должен понимать, что у тебя есть инструменты. Что тебя не остановят, не одернут. Роль государства не в том, чтобы перстом указывать, что ты должен делать, а в том, чтобы гарантировать и обеспечивать равные права, в т.ч. право на самореализацию. Если такое право будет, все появится как по взмаху волшебной палочки. Примеры создания предприятий- лидеров, говорят об этом. Личность, которой дали реализоваться – это все, что нужно для успешного бизнеса. Тoyota, Ford, Sony, Liebherr, Sikorsky – это же все имена людей! А как начиналась компания JCB? Название - это инициалы ее создателя Джозефа Сирила Бэмфорда. А история создания такова… У Бэмфорда родился ребенок и ему понадобились деньги. Он сделал из металлолома тележку для трактора, продал её и заработал первые деньги. Просто в сарай, арендованный Бэмфордом, не приходили контролеры и государство не мешало. С трудностями можно справиться. Нельзя победить лишь систему, которая не дает реализоваться. Или ещё пример. Bosch – это ж тоже фамилия. Роберт Бош ездил на велосипеде по сельской местности, точил ножи и ножницы. Так многие делали, но только Бош повторно приезжал к своим заказчикам и переспрашивал: острые ли ножи, которые я точил месяц назад? Вот таких людей государство должно беречь и сохранять. Зачем? Затем, что сегодня у компании Bosch около 500 дочерних компаний в 60 странах мира и оборот под 100 миллиардов евро.

- Где же взять креативных людей? Многие преподаватели ВУЗов озвучивают проблему понижения «качества» студентов. Студенты хуже учатся, не мотивированы и т.д. На Ваш взгляд, это так?

- Мне часто задают этот вопрос. Нет, студенты во все времена одинаковые, как бы кому-то не хотелось доказать обратное. Я это утверждаю, как преподаватель-практик. Причины проблем высшей школы в недостаточном материальном обеспечении и организационно-управленческих просчетах.

Я помню время, когда на нашей кафедре на 10 человек приходилось 2 компьютера, и это уже после «тучных нулевых». «Рисовать» красивые прожекты развития в таких условиях – все равно, что посылать в забой шахтера без отбойного молотка, чтоб нагрыз угля зубами. У людей интеллектуального труда таким рабочим инструментом должен быть компьютер, причем у каждого! Отчасти поэтому я и оставил руководство кафедрой, я просто понял бесполезность своих усилий в этих условиях, возможно разочаровался. Я не революционер, погибать в борьбе с системой не хочу, смысла в этом не вижу. Не могу исправить ситуацию, мои идеи, опыт и знания не нужны? Ухожу, и создаю собственную комфортную атмосферу созидания, креативности, мотивации, деятельного отношения к работе, где меня окружают единомышленники. Так честнее перед людьми и перед собой. А самое главное у меня есть твердое убеждение, что только так и должно быть.

Беседовала Лилия Швах

 

 

 

Опрос
Поддерживаете ли Вы выступления жителей Хабаровска, Комсомольска-на-Амуре, Владивостока против ареста губернатора Хабаровского края С.Фургала?