Item Item Item Item Item Item Item Item
О проекте Команда Звонковый центр Новости Контакты
gbEng

02.06.2021
Здоровье
275
ИМПЛАНТОЛОГИ: Особенно важно – улыбаться, без этого вообще никак…
АЛЕКСЕЙ ЖИЛЬЦОВ: «ЕСЛИ ЖДАТЬ ЛУЧШИХ ВРЕМЕН, ОНИ НИКОГДА НЕ НАСТУПЯТ»
СЕРГЕЙ ДАНИЛОВ: «РАБОТА, ЕДИНСТВЕННАЯ ЦЕЛЬ КОТОРОЙ - ЗАРАБОТАТЬ ДЕНЬГИ, НЕ ИМЕЕТ ПЕРСПЕКТИВ РАЗВИТИЯ»

ИМПЛАНТОЛОГИ: Особенно важно – улыбаться, без этого вообще никак…

Эмоциональное выгорание – страшная штука. С человеком, неспособным «вынырнуть» из-под волны негатива, может случиться все, что угодно. Вплоть до сумасшествия или внезапной смерти. А негатив прет со всех сторон – с новостных сайтов, ценников в магазинах, прогнозов на будущее… Как прикажете «выныривать»? Есть способ, рекомендую. Побеседуйте с успешным человеком. Расспросите как дела. Ответит он, а легче станет Вам! Как это получается - я не в курсе, лучше спросить у психологов, но оно работает! Вот я и решил отдохнуть от исследования … м-м-м.. скажем так… «не всегда на 100% эффективной государственной медицины», да поговорить с кем-нибудь успешным. Есть ли в поле зрения приватные медики? Посмотрим структуру спроса. И сразу поймем, кто у нас флагманы частной медицины. Конечно, стоматологи. Спрос на их услуги снизится разве что в случае войны, и то не факт. Но так ли все безоблачно в стоматологии? Пусть расскажут профессионалы - Алексей Жильцов и Сергей Данилов. Созданный ими «Центр имплантологических решений» - вполне крепкий бизнес. Найти критические отзывы об уровне их квалификации не удалось. Итак, прощай мой негатив или…?


Начала. Истоки.

Корр. «Клуба социологов» (далее - КС) – Сергей Владимирович, Алексей Владимирович, информация на сайте «Центра имплантологических решений» требует разъяснения. «Центр…» создан в 2019 году, и в то же время приводятся цифры: «5 тыс. установленных имплантантов», «10 тысяч челюстно-лицевых операций». Как это возможно?

Данилов 2.pngЖильцов 1.jpgСергей Данилов (далее - СД) - Это опыт не «Центра» как клиники, а наш, личный, профессиональный. Мы одними из первых в Ярославле начинали делать имплантацию.

Алексей Жильцов (далее - АЖ) – История стоматологической имплантации в городе начинается с 1998 года. Тогда появились первые российские имплантаты, их еще молоточком заколачивали. Все начиналось в стенах областной больницы и в одной из частных клиник. За 23 года и набрались такие цифры.

КС - Как родилась идея имплантологического лечения? Рынок созрел?

АЖ – Рынок? В конце 90-х имплантологического лечения в Ярославле не было в принципе. Только-только начали заходить импортные компании по продаже имплантантов. И первым побуждением к занятиям имплантацией, для нас был отнюдь не бизнес. Как принято у врачей, мы знакомились с литературой, с опытом коллег, и это было интересно. В Прибалтике тогда уже начали устанавливать имплантанты. Начались первые учебы. Мы по крохам привозили информацию в Ярославль, наблюдали за первыми установленными нами имплантантами – насколько лечение эффективно, насколько востребовано?

СД – Я после нашего медицинского института, на 3 года уезжал в Москву, в ординатуру, вернулся домой в 2007 году. В Москве тогда уже был «имплантологический бум», развитый бизнес. Ярославский рынок только начинался.

КС - Ярославль так медленно просыпался? С 1998 по 2007 год рынок все еще «начинался»?

АЖ - Очень медленно. Мы испытывали колоссальное сопротивление новому способу лечения со стороны врачей-ортопедов, имевших классическое образование и занимавшихся протезированием на зубах. Мы собирали стоматологическую общественность, предлагали обучение, провели множество конференций. Пока ортопеды «почувствовали вкус» имплантологического лечения, прошло лет семь.

КС - Как вы стали партнерами?

СД - Вернувшись из Москвы, я пришел работать в отделение челюстно-лицевой хирургии, в областную больницу. Алексей Владимирович работал там с 1996 года. Областная клиническая больница – это неотложная хирургия, «травма», экстренное отделение. Там ни о какой имплантации думать просто некогда.

АЖ – Да и специальности «имплантолог» на сегодня не существует. Есть стоматолог, стоматолог-хирург, стоматолог-ортопед и челюстно-лицевой хирург. Мы и занимались челюстно-лицевой хирургией в стационаре, а имплантация была побочным интересующим нас моментом. При лечении травм челюстно-лицевой области различной сложности мы работали с титановыми пластинами. То есть имплантация была частью нашей деятельности. После института имплантологами не становятся.

СД - Но нам-то имплантология была интересна! Хотелось расти. Параллельно с работой в областной больнице, Алексей Владимирович работал в «Юсоденте», я – в двух частных клиниках. И постепенно имплантация стала занимать все больше и больше времени в нашей жизни.

АЖ - Этот процесс в обществе «набирает обороты» - теперь почти никто из выпускников института не хочет быть стоматологом-хирургом. Все мечтают стать имплантологами.

СД - Никто не хочет десятилетиями работать в государственных больницах, дежурить ночами, ходить в реанимацию, стоять на ночных операциях и получать умеренную заработную плату, без особых надежд на ее увеличение. Поступает экстренный пациент, ты едешь, ночь не спишь, это никак не оплачивается…

И на каком-то этапе жизни у тебя уже большая база пациентов, которые тебе интересны. И они готовы платить за твою работу. И вот выбор: или ты обеспечиваешь семью и занимаешься тем, что тебе интересно, или… продолжаешь дежурить. Наши с Алексеем Владимировичем взгляды и интересы совпали, и мы стали партнерами.


Опыт бюджетной медицины закаляет: 100 пациентов в день на 4 врача… И бутылка рома!

КС - Операции челюстно-лицевой хирургии востребованы клиентами вашего Центра?

АЖ - Небольшая амбулаторная помощь, чаще – консультации.

СД - Стационарная помощь, тяжелые случаи и травмы – это дело не частного центра, а больницы.

КС - То есть челюстно-лицевой хирург в госбольнице – это почти как в военном госпитале? Много травм?

пациенты.jpgАЖ - В гнойной и в экстренной хирургии всегда так было.

СД – В дежурный день в 1-й московской городской больнице через приемное челюстно-лицевого отделения проходило по 100 человек. Работало 4 врача.

АЖ - В Ярославле не так много, но… В общем, имплантация не с неба свалилась.

СД - Имплантация - часть челюстно-лицевой хирургии. Маленькая, но неотъемлемая.

АЖ - Огромный опыт работы в челюстно-лицевой хирургии позволил нам овладеть всеми мануальными навыками.

СД – Мы ни в коем случае не сожалеем о годах, проведенных в экстренной хирургии, в большой челюстно-лицевой хирургии.  Бывает, что на конференции где-нибудь в Европе увидишь «имплантолога» лет 25-ти… и улыбнешься.

КС - Вы создали собственный бизнес в 2019 году. Не самое лучшее время, Вам не кажется?

АЖ – Да, согласны, но лучших времен, наверное, не будет. Если ждать лучших времен, они никогда не наступят.

КС - Какие трудности Вы пережили после создания Центра?

СД – Большинство проблем было связано с организацией трудового процесса. В стоматологии это очень важно. Когда мы были «винтиками», наемными работниками, мы понятия не имели как непросто выстраивать схему лечения пациентов, чтобы была задействована вся клиника.

КС - А внешний мир проблем, значит, не создавал?

АЖ – Создавал, но какой смысл это обсуждать, разве это что-то изменит? Мы в государственной системе налогообложения, имеем то, что имеют все.


Проблемы имплантологов - дефицит кадров, конкуренция, платежоспособный спрос, цены. Все как у всех… Но дело-то тонкое, почти ювелирное…

КС - Чего Центру не хватает больше всего?

АЖ и СД - Специалистов!

КС - Имплантологов?

1586756107_1836200t1hba4c.jpgСД – Всех. Администраторов, санитарок, медсестер.

АЖ – Каждого, кто пришел работать, приходилось долго и упорно искать.

КС - Престиж профессии медика падает?

АЖ - Я думаю - да.

КС - Но «кадровый голод» везде. У вас что тяжелее, чем, например, в строительстве?

АЖ и СД – Наверное, да.

СД – Здесь же еще взаимоотношения врача с пациентом…

АЖ – И еще специфика. Стоматологи, как правило, после 5-10 лет работы, уходят «в свободное плавание». В стоматологии специалист формируется 5-7 лет...

СД -… а сформировавшись, открывает кабинет и работает на себя.

АЖ - Поэтому мы сами директора, сами и хирурги.

КС - Высока ли конкуренция? Всегда ли она добросовестна?

АЖ – До создания Центра мы 5-7 лет работали без конкуренции, но это было неинтересно. Конкуренция среди имплантологов началась примерно в 2010 году. Тогда в Ярославль стали приезжать западные представители с системами менеджмента, с обучением, представлять имплантацию как услугу. Сейчас в Ярославле 15 клиник, но, если сравнивать с другими регионами, это немного.

СД – Да, коллеги из Москвы и Твери рассказывают, что там на каждом шагу стоматология и «самые лучшие специалисты в мире».

АЖ – Конкуренты не создают нам проблем. Мы всегда открыты и радуемся успехам коллег. Многие из наших конкурентов - наши бывшие ординаторы, ученики. Мы заранее знали, что они составят нам конкуренцию, но учили их всему, что умеем и знаем сами.

СД – А недобросовестная конкуренция встречается, но нечасто. Она может быть только краткосрочной, потому что в стоматологии репутация - превыше всего, а город у нас небольшой.

КС - Не сократился ли спрос на Ваши услуги из-за коронавируса?

АЖ – Нет. Мы искусственно разредили поток пациентов, это помогло.

СД - Нас никто не обязывал это делать. Но коллеги из Москвы заранее предупредили о надвигающихся проблемах. Мы были морально готовы. Разредили запись, сделали, чтобы у нас на ресепшене пациенты не встречались. Возрастным пациентам порекомендовали перенести операцию. Был момент, когда записи отменялись по болезни. Все перестраховывались, при малейшем насморке оставались дома, но запись все-равно «не просела».

КС - А падение уровня жизни тоже не сказалось на работе Центра? Ваши услуги не из самых дешевых…

АЖ - Эта проблема есть. Спрос не падает, но многие просят скидок. Корректируют сроки лечения.

СД – Бывает, что люди просят сократить первоначальный план лечения. Они не в состоянии оплатить полную стоимость, но понимают, что во рту – катастрофа, и лечиться все равно надо. Приходится сокращать стоимость плана. Иногда случается, что ради качества в интересах пациента проводятся манипуляции и сверх финансового плана, потому что в нашем деле результат обязателен.

КС - А просто снизить все цены нельзя?

СД - Тенденция развития мировой стоматологии обратная. Все планы лечения становятся дороже. Качественнее, но объемнее и дороже. Вряд ли можно сопротивляться общемировому процессу.


Менеджмент в медицине – дело тонкое

КС - Есть ли Вас среднесрочные планы развития? А то по рекламе можно подумать, что Центр достиг практически всего…

СД – Вопрос для нас сложный. Мы постоянно с момента открытия клиники обсуждаем именно планы развития. Мы понимаем, что открытие Центра – это только первый шаг, даже шажок.

АЖ - Пока мы не выработали стратегического бизнес-плана. Нам не хватает знаний, умения мыслить как менеджеры. Мы слишком много времени посвятили медицине…

СД – Уйти из государственной медицины в частную нас заставила жизнь. Теперь она же намекает, что нам надо научиться мыслить в меньшей степени как медики, и в большей как менеджеры.

КС - А вариант «взять наемного менеджера» не рассматривается?

менеджмент.jpgСД – Пока что мы не видим профессионалов, способных продвинуть наш бизнес. Вопрос в том, что у нас нет цели просто заработать деньги. Работа, единственная цель которой – заработать деньги, не имеет перспектив развития. А нам нужно именно развитие.

АЖ - А в современных условиях разработать реально работающий план развития непросто. Я не проводил специального исследования, но думаю, что в Ярославле спрос на стоматологические услуги выше, чем предложение. Возможности для развития есть, однако, как преодолеть разницу между спросом и платежеспособностью клиента, пока неясно.

СД – В бюджетных медучреждениях огромное количество пациентов, которые явно нуждаются в нашем лечении, но не могут себе его позволить. А тренд стоматологии - увеличение цен, увеличение планов лечения. На любой учебе говорят - клиника будет эффективно развиваться только при условии увеличения ее среднего чека. Но когда мы как врачи консультируем пациента, то зачастую понимаем, что не всегда реально можно увеличить чек. Частная медицина – как ходьба по канату. Нельзя оступиться, нельзя перейти черту. Врач должен понимать, что и в каком объеме можно продавать, а что – нельзя, что не может быть предметом продажи, потому что это - просто работа, вот просто по клятве Гиппократа. Чистый бизнес таких колебаний, возможно, не знает. И чтобы найти путь эффективного развития нам нужно найти баланс между медицинской этикой и требованиями маркетинга. Пока он не найден.

КС - Нуждается ли ваш Центр в какой-либо поддержке органов власти?

АЖ – Пожалуй, пока что нет.

СД – И, видимо, в ближайшей перспективе, тоже нет.

КС - Есть ли у Центра рекламная стратегия? Ваш среднестатистический клиент – предприниматель?

АЖ – Имплантология - это в первую очередь репутация. Поэтому лучшая реклама в нашем случае - «сарафанное радио».

СД - Наш среднестатистический клиент вовсе не обязательно бизнесмен. Много приходит коллег-врачей. Много госслужащих. А у предпринимателей зачастую слишком много проблем со временем, да и с деньгами тоже.

 

Израиль «рулит» имплантами

КС - Люди много говорят об израильских имплантантах, которые стоят в разы дешевле других зарубежных аналогов. Израиль опять впереди планеты всей?

СД – Израильтяне сделали один из самых грамотных из всех возможных маркетинговых ходов. Они сделали ставку на то, чтобы сделать имплантационную помощь доступной для населения. Подчеркну - для российского населения. В 2005-2007 гг. была российская система, а также шведские, немецкие, французские имплантанты. Их объединяло одно – высокая цена. Некоторые из тогдашних брендов стали супердорогими, кто-то тихонечко ушел с рынка. 

5288719183.jpg

А израильтяне совершили прорыв, целенаправленно работая на удешевление имплантанта.

АЖ - Сегодня ключевую роль играет цена. Раньше ставку делали в основном на менеджмент и качество. Израильские компании эти составляющие сбалансировали и успешно зашли на весьма немаленький российский рынок. Мы не скажем, что израильский имплантант лучший, но лучшего и не существует, медицина - дело тонкое, индивидуальное.

СД - Как профессионалы, мы знаем, что свои нюансы есть у российских, у американских, у всех систем.

АЖ - Мы были на израильских заводах под Хайфой, в High-Tech parc Matam. Это часть Израильской Силиконовой долины, по аналогии с американской. Она многопрофильная. Под Хайфой производят около 50% имплантантов всех мировых брендов!

СД - То есть некоторые имплантанты, позиционирующиеся как европейские, вполне могут производятся в Израиле. Контроль качества там невероятный. Станки швейцарские, прут американский, титан российский. Это нормальный, современный бизнес.

 

Прогресс как бизнес-технология. Улыбка как универсальное средство.

КС - Насколько быстро в стоматологии появляются новое оборудование, материалы, технологии? Как часто надо что-то обновлять? Удается это делать или новации слишком дороги?

Бранемарк.jpgАЖ - Раз в пять лет. Прогресс неравномерный. Титановая часть имплантанта, которая устанавливается в кость, достигла предела совершенства, меняться могут лишь незначительные нюансы. В 1965 году шведский физиолог Пер-Ингвар Бранемарк открыл феномен остеоинтеграции, то есть сращивания металла с костью. Бранемарк никакого отношения к стоматологии не имел, он исследовал кровоснабжение бедренной кости у кроликов. Когда однажды титановая видеокамера приросла к кости, пытливый шведский ум понял, что открытие перспективное. Детально изучил, обосновал, доказал. На этом базисе и строится изготовление имплантантов, улучшения вряд ли возможны. А вот верхняя часть имплантанта, все, что в полости рта, совершенствуется очень быстро. Материаловедение предлагает уже почти полный аналог природного зуба. В коронке из диоксида циркония только сосудов и нервов нет, все остальное – идентично обычному зубу. Цифровые технологии сокращают сроки лечения, делают его все более прогнозируемым. Хирургическая техника быстро идет по пути уменьшения травматизации пациента.

СД - За последние годы на наших глазах мировая стоматология шагнула вперед с десятикратной скоростью. Металлокерамика осталась в 90-х годах. Новые технологии - это дорого. Когда они придут в Россию даже не берусь прогнозировать. Однако быть в тренде необхоимо, иного выхода нет. Приезжая на учебу в Европу, ты можешь отставать в развитии на шаг, но обязан изо всех сил стремиться догнать лидеров. Иначе нет смысла, теряется 70% возможностей, о которых ты узнаешь на учебе. Кто хочет развиваться – вынужден брать кредиты, за прогресс надо платить. Особенно энергичны в этом смысле крупные частные центры.

КС – «Эхо» западного прогресса мы можем видеть только в крупных частных клиниках?

АЖ – Можем и в маленьких, все зависит от врача.

КС - Но только в частных?

АЖ и СД – 100%.

АЖ - В зоне внимания государственной медицины – то, что влияет на смертность. По кардиологии, по онкологии, ведется тщательная статистика, в огромных больницах работают прекрасные хирурги, страна стремиться быть в мировом тренде.

СД – А стоматология – отдельная, глубокая колея, и никто засыпать ее государственными деньгами не будет. Скорее всего стандарты будут разрабатываться под задачу удешевления, уменьшения нагрузки на государственную медицину. Самое современное имплантологическое лечение за границей человек оплатить может, а у нас пока что нет.

АЖ – Но в стоматологии есть альтернатива - съемный протез. Пока не поднимем уровень жизни – будем ориентироваться на существующий.

КС - Наш реальный уровень - множество малоообеспеченных людей, нуждающихся в протезировании. Им по карману только съемные протезы т.н. «вставные челюсти». Несет ли это какие-то риски?

АЖ – Съемные протезы несут не риски, а неудобства. Риски несет отсутствие протезов. Снижается прикус, неправильно работает сустав, происходит атрофия челюстей, усложняется прием пищи. Как было раньше, так и сегодня - если у пациента нет денег и нет зубов, то съемный протез - это неплохое решение.

СД - Какими бы ни были съемные протезы, они дают возможность жевать и улыбаться. Особенно важно – улыбаться, без этого вообще никак.

 

Беседовал Аскер Замиров

Опрос
Как Вам кажется за последние 10 лет Ярославль стал более провинциальным городом или более столичным?